Семья Святого Лазаря

Гал 4,4-7; Лк 2, 1-20

Мы сейчас в храме, где все так красиво, чисто, замечательно. Тут и рождественская сцена в хлеву, и мы наше празднование переносим в духовную плоскость, а на самом деле в идеализированную, даже идиллическую. Все мило, и пастухи, и все такое. Понятно, от кого эта история могла прозвучать, от силы от самой Марии, но трудно сказать. Уж точно не от пастухов, потому что после этого молодая семья из Вифлеема убегала в другое место, в Назарет. Понятно, что об этом происшествии, если оно было, на новом никто не вспоминал. Я, может быть, наивные соображения излагаю, но я хочу обратить внимание на трудность, которая перед нами стоит. То, что было там и тогда, это тайна, в большой степени для нас закрытая. С другой стороны, есть атмосфера праздника, которая включает в нас стереотипы торжественности, радостного ожидания, всего такого. Мне в таком большом храме, поскольку привычки нет, хочется прежде всего вытянуться по стойке смирно и говорить что-то рубленым деревянным голосом. Однако хорошо бы все эти вещи разгрести и проникнуть в существенное, что было. Что было, и что из этого празднования Бог нам дает утащить с собой в сегодняшний и завтрашний день. Читать далее »

Евр 11, 9-10,17-23,32-40; Мф 1,1-25

Сегодня было произнесено слово «контроль». Оно очень важное, потому что история с Рождеством – это история неожиданностей. Готовили люди нормальный, достойный, приличный брак, а получилось все вверх ногами. В иудейской версии Евангелия Иосифу явился ангел с благовестием, и у Иосифа должна была челюсть отвиснуть и руки опуститься. У Марии тоже неожиданность, которая явилась для нее испытанием. Рождество, по большому счету, произошло только за счет того, что эти люди сумели себя пересилить и отказаться контролировать события. Отдаться на неожиданную и всегда провоцирующую человека волю Бога, вмешательство Бога. Читать далее »

Чтения

Как я уже говорил, тема семьи проходит через Рождество красной нитью. С веками Рождество как семейный праздник стало все больше и больше закрепляться. Вы же знаете, что ранние христиане никакого Рождества не праздновали, довольно долго праздновали Богоявление в это время, когда самая длинная ночь, самое темное время. Богоявление как отражение естественного момента, когда мало-помалу начинает удлиняться день. Света появляется в природе все больше. Читать далее »

Кол 3, 12-16; Лк 17, 12-19

Я думаю, всем зачтется в Царстве Небесном, что доехали сегодня, так что можно уже больше ничего не делать и расслабляться. Молитвенно, конечно, без баловства.

Сейчас думал о том, что свежее восприятие – и Евангелия, и вообще Слова Божия – дается на какой-то период, потом эта свежесть уходит. Психологически это нормальное явление, потому что если о каком-то предмете из раза в раз думаешь одинаково, и одно и то же отношение к этому предмету, то нарабатывается стереотип, и острота ощущений уже исчезает. Конечно, оценивать это в терминах «хорошо» или «плохо» бесполезно, просто так есть. Единственно могу сказать: мы говорим, что Бог вечен и неизменен, а неизменность у Него особая, для нас Его неизменность состоит в том, что Он все время новый. На самом деле каждый раз нужно пытаться ухватить Его новизну, что Он говорит сейчас. Читать далее »

Кол 1, 12-18; Ин 1, 35-51

Можно много говорить о богословии Иоанна Крестителя, Предтечи и прочего, но по этому отрывку, который написан не как богословский, а больше как исторический, мы видим, что главные апостолы Андрей и Петр были учениками Иоанна Крестителя и перешли от Иоанна Крестителя к Иисусу. Тут написано, что Иисус как бы забрал их у Иоанна Крестителя. В Евангелиях нет прямых свидетельств о том, что этот переход был болезненный. Болезненный, с какой-то ревностью со стороны Иоанна Крестителя, с ревностью, которая заставляла бы его говорить про Иисуса какие-то нелицеприятные вещи. В Евангелиях, по крайней мере, мы этого не видим. Видим, скорее, людей, которые настолько захвачены Божьим делом, что им не до таких вещей. Не до ревности и забот о своей команде. Не до конкуренции, в общем. Это их состояние – быть на краю. На краю гибели мира. В Средние века и потом в эпоху, которую называют триумфализмом, у Церкви это состояние было в большой мере утрачено. Но это просто состояние пророка. Дух, который заставляет пророчествовать, – это Дух, который показывает, что всё валится, и конец близко. Страшный конец, и надо спасаться. Читать далее »

Ис 41, 13-20; Мф 11, 11-15

Про возвышенные истины, связанные с концом мира, с пришествием Бога, у меня как-то начисто отшибло. Иногда получается, может быть, раз в неделю утром или вечером подумать о чем-то таком. Но очень недолго. Полноценных медитаций не получается, а если говорить о простых вещах – вот Евангелие про бедного Иоанна Крестителя, который проповедовал. Он имел моральное право проповедовать и богатым, и бедным, потому что у него самого ничего не было, Божий человек просто. Я вспомнил, что у меня вроде ботинок пять пар, а с рваными кроссовками там еще больше набирается. Но тут же я подумал, что у нас в наших широтах годичный разброс температур доходит до 70 градусов, и сандалиями не обойдешься. Другая жизнь. Святость должна быть под это приспособлена. Северная святость мало похожа на южную в этом отношении. Читать далее »

Еф 6, 10-17; Лк 12, 16-21

Сегодня у нас двойная интенция в литургии – за Ядвигу и за Юру Гнедкова, как раз мы посреди этих дат уместились. Про богатого человека, у которого хороший урожай в поле, вы знаете – по всем каналам уже сообщили, что папа Франциск назначил аудит в бывшем ватиканском банке, который сейчас называется не банком, а институтом. Хорошо, что не университетом. При этом он сказал знаменательные слова (за точность перевода не ручаюсь): «если мы не можем уследить за деньгами, которые видны, как же можем следить за душами верующих, которые не видны». В общем, предыдущий президент или директор, которого он назначил, накопал – по крайней мере, считает, что накопал – неучтенные суммы на миллионы евро, а наши СМИ эти миллионы, естественно, превратили в миллиарды. Так что дела идут. Читать далее »

Ис 26, 1-6; Мф 7, 21. 24-27

Так величественно во вступительной молитве говорится о Франциске Ксаверии, что его проповедью Бог приобрел многие народы. При жизни-то у него успехи были достаточно скромные, хотя в Индии действительно за несколько лет удалось построить 40 церквей. Я так понимаю, что христианство в Индии развивалось уже гораздо позднее, уже после Португалии усилиями англичан. Ксаверий из аристократической семьи, чем во многом и объясняется и его миссия. Сам он баск из Каталонии, но учился в университете в Париже, это середина XVI века, разгар борьбы с Реформацией. Он жил с товарищем в комнате, и к ним подселили Игнатия Лойолу. Игнатий был как минимум лет на 10 старше их, уже воевал, и все такое. Франциску Ксаверию он не понравился, потому что философией Ксаверий интересовался, но настроен был на светскую карьеру. Потом так получилось, что товарищ уехал, они с Лойолой в комнате остались вдвоем, и Игнатий его допек. Как они вспоминают, он его допек евангельской фразой, что, мол, какой смысл приобрести богатство на земле, если, умирая, из него ничего не возьмешь. Но для юного философа это изысканный аргумент, в логическом смысле. В конце концов Франциск Ксаверий оказался одним из семи первых последователей Игнатия и первых членов общества, которые он организовал. Они дали и монашеские обеты, и дополнительно обет верности Папе. Читать далее »

Еф 5, 8-19; Лк 10,25-37

Эта история – уже избитая тема. «Кто мой ближний» и история про самарянина. На что я сегодня обратил бы внимание – на многовековой, наверное, конфликт между иудеями и самарянами. Там вообще были миграции населения довольно большие – понятно, что все перемешивались. Но возникло разделение в период вавилонского плена, когда наиболее интеллигентная часть народа была отведена в Вавилон, где она была востребована. Остальные оставались на месте, смешивались с окружающими народами, отчасти дичали, отчасти нет. Потом часть народа, жившая в Вавилоне, вернулась назад, и вернулись они как возвращаются люди из эмиграции и часто видят себя патриотами в гораздо большей мере, чем те, кто никуда не уезжали. Разделение это, вероятно, укреплялось за несколько сот лет. Уже ближе к евангельским временам иудеи, жившие в Иудее, территориально обособились, считали себя в Палестине людьми первого сорта, и действительно были и более богатыми, и более образованными в религиозном смысле. Самаряне – в основном, жители Самарии, хотя и не только – числились у иудеев как люди второго сорта. Действительно, эта область была менее развита экономически, и религиозные взгляды у них были более эклектические: единого Бога признавали, и других тоже. Поэтому со временем иудеям было запрещено и общаться с самарянами, и даже просто здороваться, и так далее. Читать далее »

Дан 6, 11-27; Лк 21, 20-28

Немного смешным в книге пророка Даниила, в истории Даниила кажется воздаяние для доносчиков, которые настучали царю на Даниила: брошены в львиный ров и они сами, и дети их, и жены их, и автор победоносно сообщает, что не достигли еще дна, как львы уже все их кости перегрызли (Ср. Дан 6, 24). Тем не менее это перекликается с евангельским текстом, когда Иисус говорит: «Горе беременным и кормящим грудью в эти дни, потому что великое будет бедствие и гнев на народы» (Ср. Лк 21, 23). Как бы мы ни хотели переводить Евангелие в пастораль, ласкающую взор картинку, когда младенец Иисус в колыбельке, и тут овечки, и барашки, и волхвы тут же, и Дева Мария, и все такое милое… Мир не так устроен. Есть наказание, есть разрушение человеческих тел, есть катастрофы, и мы все время этому являемся свидетелями благодаря СМИ, ну и так просто. Читать далее »