Семья Святого Лазаря

Втор 26,16-19, Мф 5, 43-48

«Вы слышали, что сказано: люби ближнего твоего и ненавидь врага твоего. А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных. Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда? Не то же ли делают и мытари? И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники? Итак, будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный».

Мы с вами сейчас читали отрывок из Нагорной проповеди – своеобразного ответа Пятикнижию. Заповеди Нового Завета противопоставлены заповедям Ветхого Завета. Структура Нагорной проповеди такова: сначала главное, Заповеди блаженства, аналог Декалога, стоящего в центре Пятикнижия. Дальше идут несколько заповедей Ветхого Завета (выдвигаются как некие тезисы для разработки в свете Благой Вести), к ним относится заповедь любви, а еще дальше – установления (милостыня, молитва, пост – это мы слышали в Пепельную среду. То есть, выстроена иерархия: Заповеди Блаженства – образ людей Божьего Царства. Заповеди (например, любви) – принципы существования Царства. А молитва, милостыня и пост – средства достижения. Все расставлено по местам.

В лоб эти тексты воспринимать тяжело: нормальный человек любит ближних и ненавидит врагов, а у невротиков все наоборот. Невротик ненавидит от души тех, кого обязан любить. Кого любить не обязан (врагов) – относится спокойно и даже толерантно. Знакомые вещи, не правда ли? А вообще эти тексты не для невротиков. Не для нас, в общем. Скорее для более прямолинейных людей, считающих себя рациональными существами.

Тут встает вопрос антропологии: есть вещи, о которых в Евангелии речи не идет, но их нужно знать. Это механизмы телесного взаимодействия, устройства человека. Так мы в конечном счете сможем принять слова Иисуса. Но я вообще-то хотел поговорить о другом. Читать далее »

Евр 11,24-26; 32-12,2; Ин 1, 43-51

На другой день Иисус восхотел идти в Галилею, и находит Филиппа и говорит ему: иди за Мною. Филипп же был из Вифсаиды, из одного города с Андреем и Петром. Филипп находит Нафанаила и говорит ему: мы нашли Того, о Котором писали Моисей в законе и пророки, Иисуса, сына Иосифа, из Назарета. Но Нафанаил сказал ему: из Назарета может ли быть что доброе? Филипп говорит ему: пойди и посмотри. Иисус, увидев идущего к Нему Нафанаила, говорит о нем: вот подлинно Израильтянин, в котором нет лукавства. Нафанаил говорит Ему: почему Ты знаешь меня? Иисус сказал ему в ответ: прежде нежели позвал тебя Филипп, когда ты был под смоковницею, Я видел тебя. Нафанаил отвечал Ему: Равви’! Ты Сын Божий, Ты Царь Израилев. Иисус сказал ему в ответ: ты веришь, потому что Я тебе сказал: Я видел тебя под смоковницею; увидишь больше сего. И говорит ему: истинно, истинно говорю вам: отныне будете видеть небо отверстым и Ангелов Божиих восходящих и нисходящих к Сыну Человеческому.

Скажу пару слов о сегодняшних литургических чтениях.

Апостольское чтение из послания к Евреям. Авторы использовали богословие, полнее всего отраженное в Второй книге Маккавейской – эта книга вся пронизана открытием того, что есть посмертное воздаяние, и ради жизни вечной можно терпеть любые неприятности в жизни земной. В иудейскую религиозность это открытие пришло сравнительно недавно, по сути, в результате вавилонского пленения. Плен — историческая трагедия израильского народа. А одновременно иудеи не просто восприняли эсхатологические воззрения более древних цивилизаций, но и сумели их переработать, интегрировать с Откровением. Вторая книга Маккавейская наполнена героическими историями: греки-завоеватели зверски мучат иудейских героев (жарят, расчленяют – просто ужас), а эти последние спокойно переносят мучения ради вечного блаженства. В апостольском чтении эти жуткие описания соседствуют с дивными подвигами.

Но текст еще дает интерпретацию образа Моисея: Иисус еще не воплотился, но Он уже в мире присутствует, и под Его влиянием Моисей и делает выбор своей жизни. Он – не благополучный член семьи фараона, а диссидент, основатель, по сути, Народа Божьего. Это очень глубокая идея. Осмелюсь заметить (хотя и рискую сгореть на костре): в истории спасения Воплощение Слова – процесс постепенный. Сначала мы видим несовершенные человеческие прообразы: патриархи, Моисей, пророки, другие герои Ветхого Завета. Мы видим, что в определенных ситуациях эти люди поступают так, как поступил бы Иисус, а в других – нет. Они творят чудеса, направленные на освобождение Народа Божьего, его очищение от языческих мерзостей, — Иисус в этом положении сделал бы то же самое. Идея прообраза оказала очень большое влияние на ранних Отцов Церкви, на средневековый экзегезис. Да и нам досталось. Читать далее »

«Еще сказал Иисус притчу: у некоторого человека было два сына; и сказал младший из них отцу: отче! дай мне следующую мне часть имения. И отец разделил им имение. По прошествии немногих дней младший сын, собрав всё, пошел в дальнюю сторону и там расточил имение свое, живя распутно. Когда же он прожил всё, настал великий голод в той стране, и он начал нуждаться; и пошел, пристал к одному из жителей страны той, а тот послал его на поля свои пасти свиней; и он рад был наполнить чрево свое рожками, которые ели свиньи, но никто не давал ему. Придя же в себя, сказал: сколько наемников у отца моего избыточествуют хлебом, а я умираю от голода; встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих. Встал и пошел к отцу своему. И когда он был еще далеко, увидел его отец его и сжалился; и, побежав, пал ему на шею и целовал его. Сын же сказал ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим. А отец сказал рабам своим: принесите лучшую одежду и оденьте его, и дайте перстень на руку его и обувь на ноги; и приведите откормленного теленка, и заколите; станем есть и веселиться! ибо этот сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся. И начали веселиться. Старший же сын его был на поле; и возвращаясь, когда приблизился к дому, услышал пение и ликование; и, призвав одного из слуг, спросил: что это такое? Он сказал ему: брат твой пришел, и отец твой заколол откормленного теленка, потому что принял его здоровым. Он осердился и не хотел войти. Отец же его, выйдя, звал его. Но он сказал в ответ отцу: вот, я столько лет служу тебе и никогда не преступал приказания твоего, но ты никогда не дал мне и козлёнка, чтобы мне повеселиться с друзьями моими; а когда этот сын твой, расточивший имение своё с блудницами, пришел, ты заколол для него откормленного теленка. Он же сказал ему: сын мой! ты всегда со мною, и всё мое твое, а о том надобно было радоваться и веселиться, что брат твой сей был мертв и ожил, пропадал и нашелся» (Лк 15,11-32).

Сегодняшняя притча, очевидно, продолжает и развертывает тему предыдущего воскресенья: о мытаре и фарисее. Наши герои – два брата. Описан не просто беспутный образ жизни младшего из них, но его основной импульс — покинуть отца. Самому строить свою жизнь. В остальном братья в общем похожи, хотя старший, правильный, дисциплинированный, послушный отцу, всегда поступает по заповедям; младший живет порывами – ушел из дома, вернулся к отцу. Его фигура не очень-то и интересна. Гораздо интереснее отец. Он, как видим, любит обоих сыновей одинаково, о них заботится, обоих ждет наследство. Отец воспринимает уход младшего сына как его смерть. Когда мы возносим эту притчу к уровню притчи о Боге и Его людях и народах, мы видим: то, что сын «был мертв и ожил» — не просто красивые слова. Речь идет о настоящей смерти, более серьезной, чем смерть физическая, и о том, что из смерти возможно возвращение в жизнь. Это и предостережение и ободрение одновременно.

Я думал о том, как притча о блудном сыне соотносится с апостольским чтением из 1 послания к Коринфянам. Долго думать не потребовалось. Сразу становится очевидным следующее. Коринфская община, такая, какой она была, община, которую Павел апостол так ругает в своем послании, — это община «младших сыновей». Коринф – город портовый. Для их христианского воспитания Павел и использует известный и понятный им образ «блудницы», портовой проститутки. Апостол увещевает коринфян Христом, все объясняет. Но дело в чем? Люди вроде как уверовали, но они совершенно не воспитаны. Нравственного чувства в культуре, знания заповедей у них нет. Хотят быть добрыми, хорошими, принадлежать Христу, но не понимают: как это должно осуществляться, как строится общение между людьми. Читать далее »

Иисус сказал притчу: два человека вошли в храм помолиться: один фарисей, а другой мытарь. Фарисей, став, молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю. Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: Боже! будь милостив ко мне грешнику! Сказываю вам, что сей пошел оправданным в дом свой более, нежели тот: ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится. Лк 18,10-14

Посмотрел я записи моих проповедей за последние три года. Оказывается, я все время говорю одно и то же. Конечно, есть надежда, что с помощью Божьей слушатели за год все забывают.

Думал я, что сказать сегодня. И заинтересовался историей подготовительных недель Великого Поста, которые сейчас начались. Эти недели – словно буфер между разгульной христианской жизнью рядового времени и подвигом Поста. Оказывается, в время формирования этого литургического цикла неделя мытаря и фарисея (сплошная, вообще без постных дней) совпадала с постом у иудеев или у армян (разные источники говорят по-разному). Так как христианам того времени важно было показать отличие от иудеев (или от армян-еретиков, отделившихся от Константинополя и политически, и в церковном отношении), византийская церковь установила отсутствие поста в эти дни: сейчас постятся фарисеи, и этот пост неправильный и вся их вера – от лукавого. Читать далее »

В книгах Нового Завета мы находим два богословия личности Иисуса. Они между собой пересекаются. Одно исходит из размышлений о тайне Воплощения. Другое, более раннее, можно встретить, например, в Деяниях апостолов, передающих нам первую публичную проповедь Петра в день Пятидесятницы. Петр начинает именно с крещения Иисуса в Иордане.

Между этими богословиями нет принципиальных противоречий. На что хочу обратить ваше внимание: как важен был для Церкви эпизод Крещения Сына Божьего. Читать далее »

У нас сегодня тройной праздник. Мы вспоминаем Давида царя, Иосифа, мужа Марии, и Иакова, Брата Господня, главу иерусалимской христианской общины. По преданию, они все из одного рода происходят. И получается, что евангельские события предстают перед нами, как противостояние двух династий: рода Давида, утратившего власть после плена вавилонского, и позднейшей династии Хасмонеев, в которую через брак вошел Ирод Великий (Великий не из-за великих дел, а из-за злодейств), потом на сцене появляются Архелай и маленький Ирод (взрослые годы Иисуса). Представители этой последней династии изображены в евангелиях очень негативно (наверно, так и было): люди, дорвавшиеся до власти, но совсем не способные исполнить Завет, данный Богом Израилю в лице Давида. Властители, которые оказались на этом месте не по желанию Бога, а по Его попустительству, иначе говоря. Читать далее »

Мы только что на общинной нашей встрече говорили о ресурсах, о том, что кроме материальных и психических ресурсов есть ресурс веры. Он позволяет их использовать так, чтобы случилось Божье чудо. Вспоминали, как Иисус накормил тысячи людей несколькими хлебами.

Думал я о ресурсах – и словно озарение. То, что мы делаем, — у нас на самом деле жалкие ресурсы: мало нас, маленькая кучка людей, обладающих определенным пониманием, совсем не 100%, возможность высказать себя на людях и себя людям показать очень ограничены тоже. Значит, и влияние на других можем оказать минимальное. Но есть тот самый ресурс веры – он заставляет нас использовать маленькие наши средства, маленький духовный и церковный опыт, который у нас есть. Читать далее »

Я сейчас думал о том, в какой обстановке жили и работали наши сегодняшние герои – каппадокийские отцы. Общественное сознание занимают отношения между Лицами Троицы или Кто такая Мария Богородица. Для моего поколения такой темой был полет Гагарина. Постановления Соборов становятся праздником для части верных христиан и горем для другой их части. Поэтому понятно вдохновение, с которым догматические положения облекались в форму песен, литургических гимнов. Анафора св. Василия Великого – пример этого. А в сегодняшнем мире есть очень мало нормальных людей, читавших его анафору и осознавших, что всю научно-богословскую картину мира, существовавшую во времена Василия, он включил в свою литургию, придав ей радостную эмоциональную окрашенность. Читать далее »