Короткая фраза «Не можете служить Богу и богатству». Остальное всё – иллюстрации. Богатство — это символ контроля, когда я ищу вещей, которые мне помогут контролировать мою жизнь, мое благополучие, мое здоровье, обстановку в моей семье, на работе. Служение же Богу означает, что я просто все время у Него спрашиваю, что правильно для меня, для окружающих, для близких. Как бы с одной стороны я сдаюсь неизвестности, не стараюсь ее как-то победить, с другой стороны я ищу то главное, что составляет настоящую опору моей жизни. Примирить эти вещи невозможно, стараться жить для Бога и богатства в том смысле, в котором я сказал, вредно очень для психики, для тела, это путь к безумию. Мы видим по ТВ каких-то деятелей, чиновников, как они в храме стоят со свечками, потом выясняется, что на работе они берут миллионные взятки, думая, что прокатит, и Бог закрывает глаза на это или даже благословляет. Аукнется и отразится прежде всего на детях, безумие родителей портит с самого начала мозг детей. Потом уже душу.
Рим 2, 10-16; Мф 4, 18-23 Рим 7, 14 – 8, 2; Мф 10, 9-15
Мы всё про Христа, про Христа, а если посмотрите на алтарь, то иконы Богородицы и Христа поставлены так, в каждой Церкви восточного обряда, что видно их равноправие.
Существует убеждение об особой катехизации в византийском обряде католической Церкви, серьезно отличающейся от катехизации в латинском обряде. Действительно, есть некоторые особенности литургического плана, а также в дисциплинарной структуре. Но по сравнению с общим материалом катехизации они совершенно незначительны. Я имею в виду общность вероучительной части и нравственного богословия. Отдельным вопросом, даже проблемой является то, в какой мере за какую-то сотню часов в течение года можно заложить в катехумене не просто основы этих вещей, но и дать ему импульс для самостоятельного совершенствования в разных сферах церковной жизни.
Заповеди Блаженства мы пропели. Заповеди Декалога они отличаются от заповедей Блаженства, обычно говорят, что Блаженства к небесному Царству относятся, а Декалог это ветхозаветные установления, юридические больше. Но для меня сейчас важно другое, заповеди Декалога они больше к межличностным отношениям имеют дело. А Блаженства – у них социальный кругозор, они описывают позицию человека в обществе. Ради Бога, я могу не воровать, не прелюбодействовать, но если я живу в обществе, где одна группа угнетает другую группу, люди воюют, то у меня заповедь оказывается другая: быть миротворцем, за правду бороться и страдать соответственно. Не за мою индивидуальную правду, а за правду в отношении этих двух групп, в которых одна эксплуатирует и унижает другую группу. Это другое совсем, кругозор должен быть другим. Нам это дается труднее всего, потому что привыкли или к бесправию, к тому, что от нас не зависит ничего, государство и так далее, тем более. Или привыкли, что чуть что – пошел на митинг, покричал с удовольствием, и считается, что исполнил долг свой. Потом, когда эти митинги запретили – ах, подавили свободу. В общем, детский сад такой…
