Семья Святого Лазаря

Иез 2, 8 — 3, 4; Мф 18, 1-5. 10. 12-14

Клара такой важный человек для католической Церкви, собственно, как и Франциск Ассизский. Движение бедных орденов, в котором участвовали Доминик, Франциск и Клара, по примеру последнего. Завораживающая эпидемия или мода прошлась по католической Европе. Как и Франциск, она была из состоятельной семьи, у них какие-то родственные связи были с семьей Франциска, так что она была в курсе всех превращений, которые с ним произошли. Монашество со строгой аскезой, это было свежее дыхание в тогдашнем католичестве и монашестве, когда монастыри были уже очень богатыми и соответственно, монахи в бедности как-то с трудом могли удерживаться. Действительно, бедные ордена, это такая сенсация была. Клара переписывалась с царствующими домами Европы, с королями, с Елизаветой Венгерской. Власть предержащие считали, что они ценное что-то могут получить от таких модных эксцентричных святых. Пример ее заразителен был, потом в монастырь к ней ушли и сестры ее, и ее мать.

Я думаю, что в иезуитской традиции мы там не какие-то примеры такой суровой аскезы, изнурения себя голодом, бессонницей, непрерывными молениями?  Если посмотрим на ислам (суфизм это другое, такая ветвь отдельная), в исламе понятие святости есть, но оно применяется только к Богу, а так человек должен быть праведным, просто жить по заповедям, больше ничего. Соблюдать установления ислама, касающиеся постов и прочего. В буддизме святость это вообще другая вещь, это способность так изменить свое мировоззрение, чтобы не страдать от неутоленного эгоизма, от амбиций, так называемых, которые прославляются в нашем мире, амбициозности. Постов, изнурения такого нет, упражнения есть. Упражнения, способствующие сосредоточению, требующему определенной гигиены тела – не переедать, не перепивать, не более того. А необходимость истязать себя для достижения особой святости перед Богом, линия эта есть, но она, как правило, нездоровая.

Похоже, в безграмотной в духовном отношении Европе XII века, такой образ святости, истязающей тело, ценился высоко. Я сейчас не хочу сказать, что Клара была больная сумасшедшая дура, нет, просто, думаю, в другой духовной обстановке она другой бы была. Ругают либеральное христианство, что оно такое-сякое, дозволяет неправильные сексуальные связи, плюет на посты и вообще, прочие коленопреклонения, но что в либеральном христианстве хорошего, оно демократично, оно принимает маргиналов. Принимает людей самых разных, разных культурных традиций. В некотором отношении оно более человечно в хорошем смысле. Это понимание того, что в нынешнем мире формальный брак не может быть цепью, которая человека связывает до самой смерти, или даже после смерти. Есть неформальная сторона духовности, которая более важна, это верность человеческая, способность к доверию, способность, когда нужно держать слово. Если слово было неверным, иметь мужество отказываться от него. На самом деле «либеральное» требование следовать совести и одновременно совершенствовать ее, ставит перед адептом более высокую планку, чем традиционное христианство, основанное на послушании церковным установлениям. Это требование личной ответственности без перекладывания ее на плечи некоего церковного органа.

Что же до монашеских обетов бедности и послушания и безбрачия, Иисус ведь не давал никаких обетов. Послушание Его было послушанием только Богу, никаким человеческим структурам Он такого обета не давал. Безбрачие Его, скорее, было продиктовано обстоятельствами, это не касается целомудрия, которое может быть и брачным, и безбрачным. Безбрачие Иисуса, думаю, было продиктовано прежде всего тем, что Он странствовал, вел бродячий образ жизни. Что касается бедности, то какая там бедность, Он обедал у богатых, как один мой коллега сказал, «у Него был свой бухгалтер».

Когда из бедности в монашестве делается фетиш, это нехорошо. Тогда Клара Ассизская писала и говорила, что все дамы монахини являются невестами Христовыми, а сейчас у некоторых посвященных дев крыша и съезжает на этом. Они сексуальность свою не интегрируют в человечность, а употребляют ее на фантазии. Фантазии о духовном браке. А понятие духовного брака оно старое, и какие-то из ранних монахов, мужчины, писали тоже о своем духовном браке с Христом, имея в виду отношения максимально близкого братства, доходящего до интимности. Так что шаблоны святости, которые гуляют сейчас по традиционной Церкви, их следует как следует обдумать и пооценивать. Аминь.

Изображение: Джованни Баттиста Морони, Святая Клара из Ассизи, 1548 (фрагмент)